Цифровая трансформация экономики и рынка платежных систем

Анна надевает смарт-очки, которые идентифицируют ее по сетчатке глаза, и включает приложение с личным финансовым консультантом. Робот-аналитик отчитывается о том, как работают ее ­инвестиции, после чего пересылает пакет скидо­к и предложений. Все они сформированы на основе изучения истории трат и заработков пользо­ва­теля, а также поведения в соцсетях и других онлайн-активностей. В итоге Анна берет ссуду через ­P2P-платформу (peer-to-peer, взаимное кредитование частных лиц и малого бизнеса), выбирает накопительную программу для оплаты обучения сына в онлайн-университете и тут же открывает счет с ­автоматическим зачислением средств. Так аналитики PricewaterhouseCoopers видят будущее, и оно вот-вот наступит.

В этом светлом завтра искусственный интеллект возьмет на себя анализ наших финансовых привычек, мобильные приложения придут на смену отделениям банков, а портмоне исчезнут из наших карманов – в мире, где не нужны бумажные и металлические деньги, теряют свой смысл и сами кошельки.

За последние десять лет в одной только Швеции использование наличных средств сократилось на 80 %. Аналогичные процессы происходят по всему миру. Так, по данным Центрального банка РФ, доля безналичных платежей в нашей стране только за первое полугодие 2019 года составила 68 %, в 2020 году она продолжает расти, в том числе на фоне тренда на удаленную работу и роста числа покупок онлайн.

«Главные бенефициары финансовых рынков­ будущего – новые виды безналичных платежей­ ­и эко­­­системы с Mega-приложениями, – уверен Федор­ ­Голубев, технический директор компании «АТОЛ», крупнейшего в России поставщика кассового оборудования и смарт-терминалов. – Еще десять лет назад существенная доля россиян старалась после получения зарплаты обналичивать средства, но с тех пор все изменилось. Люди активно пользуются не ­только ­картами, но и решениями бесконтактной оплаты на базе NFC и QR. Если посмотреть на очередь в супермаркете в Москве, то уже большая часть клиентов расплачивается с помощью смартфона»­.

Вместе с ростом процента безналичных платежей повышается и уровень осведомленности банков о своих клиентах.

Это те самые «большие данные», с которыми удобно работать системам искусственного интеллекта.

«Мы знаем, как живут 11 миллионов наших пользователей. Знаем, кто из них грамотно сохраняет, приумножает, эффективно тратит, – говорит Константин Маркелов, вице-президент Тинькофф ­Банка, первым в России отказавшегося от традиционных отделений. – Из миллиардов этих транзакций мы можем выделить некие жизненные циклы, шаб­лоны, пути развития пользователя и на основе этой информации понять, какие продукты и сценарии ему лучше предложить».

Избавление от отделений – необходимая мера. На их содержание у банков приходится до половины расходов, при этом у компаний, с которыми им предстоит конкурировать в будущем, таких трат нет в принципе. Сегодня все активнее в финансовую сферу входят цифровые гиганты, которые также знают о своих клиентах достаточно, чтобы предлагать им персонализированные услуги.

Кредитная карта Apple, анонсированные ­онлайн-кошельки Facebook, кредиты для малого бизнеса Amazon и пока засекреченные финансовые проекты Google – все это первые шаги IT-гигантов на финансовом поле, но мало кто сомневается, что им хватит сил его полностью перепахать. По данным международного Совета по финансовой стабильности, на сегодняшний день в мире почти половина активов находится вне классической банковской системы.

«В Китае 90 % платежей и переводов осуществляют­ не банки и не финансовые организации, а мес­сенд­жер WeChat и сервис Alipay, – подтверждает Маркелов. – Но хотя по удобству и доверию пользователей банки и IT-компании находятся в равном положении, то в уровне кредитной экспертизы вторые явно уступают. Наш банк, например, сейчас проходит уже через третий мировой экономический кризис. Мы точно знаем, как люди ведут себя в таких ситуациях­, как выводят деньги, как поступают с кредитами. ­IT-компании без экспертизы этих финансовых циклов могут совершать серьезные ошибки».

О том, что новым игрокам в банковском бизнесе­ непросто, говорит пример Рокетбанка. Финтех-­сервис компании QIWI в свое время наделал много шума, но в прошлом году показал чистый убыток в 684 миллиона рублей.

И все же сам факт появления новых игроков нам на руку: конкуренция и битва технологий делают услуги доступнее и удобнее.

«Чтобы понять, какие новые решения ждут нас в ближайшие 10–15 лет, достаточно посмотреть на те патенты, которые сегодня оформляют крупные игроки, – говорит ведущий антивирусный эксперт «Лаборатории Касперского» Сергей Голованов. – В центрах разработок Apple, Samsung, IBM и других ­гигантов люди каждый день работают над будущим. Последнее время одним из самых перспективных направлений становится технология единой карты, на которой будут храниться все данные человека. Именно с ней связано много патентов. Их суть в том, как наладить каждой организации доступ к той части данных, которая касается именно ее работы. Например, чтобы банк «А» получал с общей карты только свою информацию, но не мог затронуть другие секреты – данные банка «Б», файлы из медицинской карты человека, документы о его собственности».

Продолжаются и опыты с традиционными кредитками. Так, уже существуют карты со встроенным датчиком отпечатка пальца. Однако, по мнению Голованова, повсеместного распространения они не получат: «Отпечаток – это секрет, который легко украсть, и, если такие карты появятся, скажем, в некоторых странах Африки, скорее всего там сразу вырастет число людей без пальцев».

Впрочем, и обычные банковские карты по-прежнему используются далеко не везде. Пока на Земле есть места без нормальной связи, там будут расплачиваться и наличными деньгами, и жемчужинами, и драгоценными камнями. К тому же всегда останутся те, кто хочет сохранить информацию о своих финансах в тайне. Так что, хотя оборот бумажных денег год от года стабильно снижается, они будут с нами еще как минимум 15–20 лет.

Интересно, что в плане новых технологий у отстающих стран есть даже определенное преимущество.

Например, Россия в прошлом веке пропустила этап использования чековых книжек и сразу перешла на пластиковые карты, тогда как государства, где уже существовали пусть и устаревшие, но успешно работавшие платежные системы, решались на покупку новых технологий медленнее. Наша банковская система создавалась относительно недавно, именно поэтому у нас банковские карты с чипом и бесконтактные платежи развиты лучше, чем во многих странах, которые принято считать передовыми. «К нам приезжали партнеры из Японии, и они были поражены, когда я со своего смартфона оплачивал парковку – для них это какой-то космос. Когда же я сказал, что могу сделать то же самое и через мультимедийную систему своей машины (у меня там Android), удивлению не было предела», – смеется Голованов.

Оплата в магазине с помощью смарт-часов, покупка бензина через мобильное приложение, ис­пользовани­е банкомата без пластиковой карты­ с помощью Apple Pay – все это для российских ­мегаполисов уже стало нормой, но так дела ­обстоят далеко не везде в мире. Наша страна – один из лидеров интернет-банкинга, – уверен Федор Голубев. – Уже несколько лет приложения российских банков стабильно берут международные награды, в том числе за применение технологий искусственного интеллекта. У нас передовые решения получили такое развитие, что в этом отношении мы стали одними из лучших в мире. Также мы в лидерах по разработкам в области кибербезопасности и безопасности платежей».

Еще дальше пошел Китай, где распространены электронные кошельки, привязанные к реальным счетам.

Даже у какого-­нибудь торговца летучими мышами на рынке можно купить товар, просканировав QR‑код и переведя электронные деньги. «Сейчас в Азии обсуждается вариант привязки этих веб-кошельков не к валюте страны, а к криптовалюте, которая в таком случае может стать национальной, – говорит эксперт «Лаборатории Касперского». – Технология блокчейн настолько уникальна, что наверняка найдет много применений, ведь она не позволяет просто печатать деньги в любых количествах. Криптовалюта всегда лимитирована в силу своей математической составляющей».

На базе блокчейна уже создают и системы подтверждения подлинности вещей класса люкс. К ­примеру, представленные в конце марта часы Breitling Top Time Limited Edition имеют цифровой блокчейн-паспорт, с помощью которого можно мгновенно проверить, кому они принадлежат или принадлежали, а осуществив простую транзакцию на блокчейн-платформе, передать право собственности на часы другому человеку.

Если более полувека назад в фильме «Шаровая молния» Джеймс Бонд первой версией Breitling Top Time измерял уровень радиации, то теперь эти часы защищают от цифровых угроз.

В 2014–2016 годах в США прошли учения по кибербезопасности финансовых организаций, после которых была запущена программа Sheltered Harbor («Защищенная гавань»). Ее суть в создании копий банковской информации для быстрого восстановления в случае хакерского вторжения или иного сбоя. Сегодня к «гавани» уже присоединилась большая часть банков Америки. И все же, несмотря на рас­тущую роль цифровых решений, преступникам ­по-прежнему проще находить уязвимости не у гаджетов и приложений, а у людей. Именно поэтому злоумышленники чаще атакуют самих пользователей, пытаясь выведать у них пароли от личных кабинетов, – обмануть человека проще, чем электронику.

«Атаки на банковские карты с чипом возможны­ только­ в лабораторных условиях, – констатирует­ эксперт «Лаборатории Касперского». – В реаль­ной жизни­ ­таких примеров я не знаю. Существуе­т, конечно,­ городская легенда про преступников с бесконтактными­ терминалами, которые в метро прислоняют их к карманам и сумкам, но это миф. После первой же жалобы банк моментально вычислит терминал и его владельца, а все деньги вернет».

Помимо защиты денег от угроз банки активно занимаются развитием механизмов их приумножения. «Нетрудно догадаться, что интересует клиента.

Все довольно просто: куда инвестировать, чтобы заработать? Как выгодно потратить, получив лучшие скидки?

На все эти вопросы мы уже можем дать персонализированный ответ. Big-Tech-компании не могут, а мы можем, – говорит Маркелов. – Причем речь о реально работающих советах с конверсией от 10 до 50 %, все, что ниже, не будет иметь успеха. Человек должен наглядно увидеть результат». Открыв банковское приложение, вы получите просчитанные на несколько шагов советы по коррекции ваших финансовых привычек. Например, если у вас полгода на дебетовой карте лежат без дела деньги, банк покажет несколько вариантов их вложения, а для наглядности и те суммы, которые они дали бы вам. Вам не придется сравнивать предложения, искусственный интеллект сделает это за вас.

У клиента глобально три ценности, – ­рассуждает вице-президент Тинькофф Банка, – деньги, время и удовольствие. Банк должен своими советами ­помогать приумножать деньги, экономить ­время и получать дофамин от удовольствий. ­Сегодня банк – это мобильное приложение. Причем это ­при­ложение будет все больше социализироваться­ и становиться похожим на соцсеть со сформи­ро­ванной под интересы конкретного человека ­лентой, ­вкладками и предложениями».

Разница в том, что обычная соцсеть не знает, на какой концерт вы купили билет или какой­ подарок выбрали жене, а банк знает, анализируе­т и способен это автоматизировать. Достаточно сказать приложению: «внести квартплату» или «оплатить штрафы» – и оно сделает все за вас, без всякой необходимости вводить какие-­нибудь данные. «Голосовые помощники будут все более популярны, – продолжает Маркелов. – Например, можно будет сказать голосовому помощнику «Тинькофф»: «Олег, я хочу велосипед, когда будут скидки, напомни и кинь ссылку». Он это запомнит и сделает. Также можно попросить заказать столик в ресторане с определенными параметрами или забронировать номер в отеле – все больше таких задач будет переходить к банковским приложениям и помощникам на основе искусственного интеллекта».

Однако не только банки хотят взять на себя эту работу. В рекламе Amazon Алек Болдуин просит Алексу заказать две пары носков, и голосовой помощник выполняет просьбу, даже не спрашивая, с какой карты снять деньги. Эта информация у нее уже есть, и она не досаждает человеку лишними вопросами­.

Скоро мы окончательно забудем про необходимость вводить номера карт.

«Одно из решений, ко­торое точно будет активно использоваться, – это технология, запатентованная одной из платежных систем и позволяющая свести оформление покупки в интернете к нажатию кнопки «купить» – все остальное будет сделано автоматически», – рассказывает Сергей Голованов. «Через пару лет онлайн-­покупки станут основными, – комментирует дирек­тор «AliExpress Россия» Лю Вэй. – В Китае моя семья­ уже не пользуется холодильником. Доставка продуктов быстрая, бесплатная, а еду привозят свежей. Скоро такие же требования будут и к доставке товаров с маркетплейсов, которые активно интегрируются в соцсети и мессенджеры. Например, благодаря нашему парт­нерству с «ВКонтакте» пользователи могут общаться и покупать товары в одном приложении».

Но есть у решений будущего и еще одна особенность: возраст пользователей. Все сферы жизни на Земле сегодня адаптируют к требованиям, скажем так, зрелых клиентов, ведь их на планете будет становиться все больше. Той же Анне из описанной в ­начале статьи зарисовки 56 лет. Новые технологии и не очень новые пользователи – таким, судя по всему, станет наше будущее. Если, ­конечно, коронавирус не изменит это будущее до неузнаваемости.